Сделка на будущее. Как составить брачный договор

Как составить брачный договор, сколько это стоит и на что обратить особое внимание, подписывая документ, АиФ.ru рассказала адвокат Юлия Никифорова.

Для многих современных пар брачный договор — абсолютно неприличный документ, ведь как можно обсуждать, что и кому достанется в случае развода, когда вы без ума друг от друга и всё только начинается? Но, как известно, любовь приходит и уходит, даже самые крепкие союзы иногда с треском распадаются, так почему бы не позаботиться о себе заранее. Это сэкономит вам деньги, нервы и время — говорит адвокат Юлия Никифорова. О том, как грамотно составить брачный договор на выгодных для себя условиях, она рассказала АиФ.ru.

Россия не Америка

Наталья Кожина, АиФ.ru: Юлия, какие сферы жизни регулирует брачный договор в России?

— Насколько я знаю, в Америке брачный договор охватывает самые разные стороны жизни семьи, можно даже прописать, сколько раз в неделю жена должна исполнять супружеский долг. Это действительно так?

— Да, но в России подобные пункты законодательно неприменимы. Схема не отработана. Допустим, если вы пишете, что супруге остаётся дом в случае измены мужа, то в суде столкнётесь с тем, что не сможете доказать наличие фактической измены. Кроме того, нотариус не заверит у вас брачный договор, который основывается на личностных отношениях. В документе может быть отражено всё, что касается имущественных вопросов: дом в Испании остаётся жене, квартира в Москве — супругу и т. д.

— Но почему в США можно прописать какие-то личные вещи, а у нас нет?

— В Америке пришли к этому намного раньше, у них подобная практика действует уже около 40 лет. А в России она появилась буквально 10 лет тому назад. До сих пор для многих россиян предложение составить брачный договор является каким-то оскорблением. Супруги боятся говорить об этом. Хотя ничего страшного в таком контракте нет. Да, каждому из нас хочется заключить идеальный брак, но давайте начистоту, это не всегда возможно. В Штатах делается больший акцент на защиту прав семьи, нежели у нас. Посмотрите, как у них проходят бракоразводные процессы и решаются вопросы с детьми. В России, какой бы ни была мама, суд, как правило, именно ей оставляет ребёнка. Хотя папа при этом может быть ничем не хуже. Это всё отголоски некогда сложившейся практики. Аналогичную ситуацию мы видим и с брачным договором.

Всё просто

— Сколько пар решается заключить договор?

— В прошлом году такой документ составили всего 20–30% пар. Кстати, большинство из них делает это не до свадьбы, а уже прожив в браке какое-то время. Некоторые решаются пойти на этот шаг, когда чувствуют, что их семейные отношения идут к разводу.

— Насколько это сложная процедура?

— Абсолютно несложная. Трёхсторонний договор составляется у нотариуса, т. е. у каждого участника этой встречи остаётся свой экземпляр. Вы записываетесь на определённое время, вам заранее сообщают, какие документы необходимо принести с собой на недвижимое и движимое имущество, также у вас на руках должны быть все регистрационные номера и свидетельства, подтверждающие документы на совершённые покупки. Обычно требуется всего несколько часов. Главное, чтобы супруги сами понимали к моменту подготовки договора, как всё будет выглядеть, кто и что получит в случае развода.

Стандартная стоимость документа — 10 500 рублей. Редко бывают случаи, когда при больших объёмах имущества нотариус берёт дополнительную плату в размере 2500 рублей за каждую дополнительную страницу. В целом, это недорогое удовольствие.

— Истории, когда заплаканные жёны рассказывают, что им подсунули брачный договор, нарушающий их права, — не редкость. Какие неоднозначные пункты могут быть прописаны в документе, на что обратить внимание?

— Поскольку вы заключаете договор в присутствии нотариуса, он не допустит каких-то неясностей. Вам всё дадут прочитать, более того, попросят прочитать пункты вслух. Ваша задача — серьёзно отнестись к этому моменту. Невнимательность — частое явление при составлении брачного договора, поэтому я рекомендую подписывать только тот документ, который вы знаете от и до. Приведу пример стандартного пункта контракта: акции и доли в бизнесе принадлежат тому из супругов, на чьё имя они были оформлены до брака или в браке. Практика показывает, что этот пункт часто никто не читает. А потом возникает вопрос: машины и квартиры мы поделили, а бизнес кому принадлежит?

Хочу вас заверить, что на сегодняшний день вы вряд ли столкнётесь с введением в заблуждение. Вам не напишут того, что будет противоречить закону или выступать против вас в будущем.

— А если нотариус — хороший друг мужа, он может прописать какие-то неоднозначные пункты?

— Я думаю, что никто не хочет лишаться должности даже из-за хорошего друга. Нарушения всегда налицо, и они могут служить поводом подать заявку в нотариальную палату и в итоге лишить нотариуса его статуса. Подобные случаи имели место быть 10–15 лет тому назад, когда всё только начиналось. Брачный договор — это же не завещание, когда человека нет в живых, спрашивать не с кого и уже не доказать, в каком состоянии умерший написал данный документ.

Нервы и деньги

— Можно ли оспорить брачный договор?

— Да, но тогда надо доказывать, что один из супругов в момент подписания договора был невменяемым. А если он был в неадекватном состоянии, то зачем нотариус заверял этот документ? Он не имел права это делать. По этой причине брачные договоры очень тяжело оспариваются. Статистика 1–2%.

— Какое количество пунктов оптимально?

— Есть стандартные пункты для любого договора (6–7 шт.), остальное вы добавляете в зависимости от объёма вашего имущества. Бывают договоры на десять листов и более: описывается дом, золотые краны и хрустальные вазы в нём. Кто-то описывает шубы, ювелирные изделия. По количеству пунктов вас никто не ограничит, максимум может быть любой. Прописать можно даже кастрюли, но необходимо иметь на них чек, который подтвердит, что именно вы их покупали.

— Можно ли вносить изменения в договор?

— Да, по согласию обеих сторон. Также вы вправе заключить новый договор в случае необходимости, тогда старый автоматически утратит силу.

— Если люди не составляют брачный договор, что происходит с собственностью, которой они владели до вступления в брак и с совместно нажитым имуществом?

— Всё нажитое в браке имущество делится между супругами пополам, это неоспоримо. Если в семье 2–3 детей и у женщины вообще больше ничего нет, то иногда ей оставляют 2/3, но это доказывается в суде.

Что касается имущества, нажитого до брака, с ним ничего не происходит. Всё, что подарено родителями, досталось вам по завещанию не делится ни с кем. Образно говоря, я сегодня купила квартиру, а в выходные у меня будет свадьба, значит, к этой квартире мой супруг никогда никаких претензий иметь не будет.

— В каком случае нужно обязательно составлять договор?

— Видя, какое количество разводов происходит среди пар, я бы в любом случае составляла брачный договор. Это сэкономит вам силы, нервы и даже деньги. У нас настолько затянута судебная система, иногда иск принимается и назначается к рассмотрению по 1,5–2 месяца! Обычно, когда люди делят имущество, у них эта процедура занимает не меньше года. 10 500 рублей — смешная сумма, так почему бы не вложить её в нужное дело. Люди не должны бояться диалога о брачном контракте. Ещё раз повторю, что это не оскорбление мужа или жены, это цивилизованный подход. Я всегда всем друзьям и подругам советую не стесняться, проговаривать этот вопрос со своей второй половиной. Почему нет? Это упрощает жизнь. К сожалению, именно те, кто говорит мне, что никогда в жизни не подпишет брачный контракт, ведь они с мужем так любят друг друга, в итоге приходят со словами: «Помогите поделить имущество». Иногда люди так вымотаны отношениями, что у них просто нет сил на судебные тяжбы, поэтому лучше заранее прописать спорные имущественные вопросы.

В ЗАГС по договору. Кому и зачем нужен брачный контракт?

Эксперт — о практической пользе и «подводных камнях» брачных договоров.

Что можно, а что нельзя прописать в брачном договоре? Сколько он стоит и как составляется? Можно ли его расторгнуть? На эти и другие вопросы АиФ.ru ответил юрист юридического бюро «Байбуз и партнёры» Иван Хорев.

Зачем нужен договор?

В нашей стране по-прежнему брачные договоры не очень популярны. Когда люди вступают в брак, им почему-то кажется, что договор — это проявление недоверия к партнёру. Как можно даже заговаривать об этом, когда у них любовь, впереди свадьба и долгая счастливая жизнь вместе! При этом именно в этот период, когда два любящих человека находятся в мире и согласии, лучше всего обсуждать подобные вопросы. Когда обе стороны ещё не находятся в конфликте, они способны конструктивно согласовать все самые важные для них имущественные аспекты. А в жизни всё может случиться. По крайней мере, в случае расторжения брака обе стороны сэкономят массу времени, здоровья и денег.

Что нельзя?

Требования к брачным контрактам в разных странах могут сильно отличаться. Например, в США в договор можно включить пункт про измену: если одна из сторон будет уличена в неверности, после развода она ничего не получит или получит только часть имущества. По российскому семейному законодательству так делать нельзя. У нас брачный договор может определять только имущественные права супругов, и никакие оговорки об измене или другом морально-этическом поведении супругов в него не включаются. Это недавно доказал и Верховный суд России, который признал незаконными такие условия в брачных контрактах, как неверность, ссора или развод. Рассматривалось дело москвичей, которые составили договор после 13 лет брака. В документе они прописали особые условия для мужа: по брачному договору, он лишался всего совместного нажитого имущества, если бросал семью или ячейка общества распадалась из-за его пьянства, измен или домашнего насилия. В конце концов дело дошло до развода, но мужчина не захотел лишаться денег и начал оспаривать договор: дело дошло до Верховного суда. И тот подтвердил незаконность записанных в брачном контракте условий. Вот только почему нотариус, который оформлял этот договор, не объяснил супругам, что можно, а что нельзя в нём прописывать по закону?!

Кстати, закон также устанавливает, что нельзя заключать брачный договор на кабальных для одной из сторон условиях. Действующее законодательство позволяет признать такую сделку в дальнейшем недействительной.

В брачном договоре супруги вправе определить, кому из них, в каких долях (полностью или частично) и на каких условиях будет принадлежать имущество, находящееся в их совместной собственности. Документ может быть заключён как в отношении того имущества, которое уже имеется, так и для того, что будет приобретено в будущем.

К такому имуществу относятся:

  • доходы каждого из супругов от трудовой, предпринимательской и интеллектуальной деятельности;
  • полученные супругами пенсии, пособия, а также иные выплаты (матпомощь и так далее);
  • приобретённые за счёт общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесённые в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации;
  • нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на чьё имя оно было приобретено.

Когда оформить документ?

Брачный договор может быть заключён только в письменной форме и обязательно нотариально удостоверен (статья 41 СК РФ). Если вы напишете свои условия на бумаге и просто подпишетесь под ними, такой документ не будет иметь никакой юридической значимости.

По закону договор можно заключить до государственной регистрации брака (но заявление в ЗАГС уже должно подано) или в любое время после его заключения. Однако следует помнить, что если документ подписывался до официальной регистрации, то в силу он вступит только после неё (статья 41 СК РФ).

Сколько стоит?

Услуги нотариуса являются неизбежными. Государственная пошлина за удостоверение брачного договора нотариусом составляет 500 рублей (подпункт 10 пункта 1 ст. 333.24 Налогового кодекса РФ). Однако нотариус также берёт деньги за помощь в составлении документа. Чтобы в нём были правильно определены все условия, учтены их правовые последствия и т. д. Цена за такие технико-юридические услуги не регламентирована, поэтому может отличаться у разных нотариусов. Средняя цена — 5-10 тыс. руб.

Четырежды женатый Зверев выступает за брачный контракт, а Винницкая видит в нем защиту женщины

Певец испытал на себе необходимость полезного документа.

Певец и стилист Сергей Зверев, наученный горьким опытом, начал задумываться о возможности брачного контракта в дальнейшем, говорится в сюжете «ТСН. Особливе».

Шоумен уверен, что следовать примеру голливудской пары Анджелины Джоли и Брэда Питта, которые еще не поженились, но свадебный контракт в 101-у страницу уже подписали, необходимо и правильно.

Самопровозглашенный король гламура был женат четыре раза. Однако ни одного — по контракту. Теперь жалеет.

«Знаю, что когда пара расходится, то девушки все забирают — и квартиру, и машину. Они все забирают. Так у меня было 4 раза, кстати. Сейчас просто время такое, ты не знаешь кому верить. Возможно так», — объяснил «звезда в шоке».

Певца Стаса Шуринса сама идея свадебного контракта возмущает. Певец заверил, что ему жена может доверять.

А вот Алена Винницкая и Алексей Большой о финансовых последствиях предполагаемого бракосочетания позаботились заранее. Подробности певица не разглашает, но заверила, контракт — это ее защита.

«Это тебя защищает. Женщины, как правило, остаются на улице. Очень мало у нас сознательных мужчин, которые дают обеспечение женщинам. Я знаю такие случаи», — сказала певица.

Согласию в семье брачные контракты отнюдь не мешают, уверена Алена. Они с Большим контракт подписали через 10 лет после свадьбы. С тех пор прошло еще 10-ть.

Звезды рассказали о своем отношении к брачному договору

Прижилась ли голливудская мода на свадебные контракты в украинском шоу-бизнесе, узнали наши корреспонденты.

Брачный договор: стоит ли подписывать?

Екатерина познакомилась с Александром – образованным, галантным молодым человеком из очень обеспеченной семьи. Отношения складывались замечательно, и через год Александр сделал девушке предложение. Но с оговоркой – заключить брачный контракт, согласно которому в случае развода Екатерина не получит практически ничего из совместно нажитого имущества. Александр оправдывается тем, что опасается охотниц за чужими деньгами, и брачный договор – это требование его родителей. Екатерина недоумевает. Чем чревата такая ситуация для девушки, и стоит ли принимать предложение руки и сердца с подобным «довеском», рассуждают эксперты.

Илья Казаков, старший партнер компании «Юридическое партнерство»:

«В последнее время в практику семейных отношений в России все больше входит брачный договор – институт юридического оформления отношений между супругами, уже давно и широко распространенный в Европе США и считающийся там нормой.

Брачный договор, который также называют брачным контрактом, определяет имущественные отношения супругов. Согласно действующим нормам все, что приобретено во время брака, считается совместным имуществом супругов, но если был заключен брачный контракт, то этот режим меняется в соответствии с пожеланиями сторон.

В отношении брачного контракта имеется две точки зрения. Старшее поколение считает брачный контракт проявлением меркантильности и нарушением семейных традиций. Другой позиции придерживаются молодые семьи и состоятельные люди, полагающие, что данный договор в сегодняшних реалиях просто необходим. И многим предпринимателям, имеющим бизнес, я рекомендую заключать брачные контракты.

В Семейном кодексе содержится правило, по которому в брачные контракты запрещено включать положения, регулирующие личные неимущественные отношения между супругами и, на мой взгляд, данное положение вещей во многом обусловлено менталитетом нашего народа.

Например в США или в странах Европы в брачном контракте можно прописывать любые нюансы взаимоотношений, такие как, например, любовь, верность, моральная и интимная сторона жизни супругов, а также бытовые моменты вплоть до того, кто и когда убирает за домашними питомцами, кто моет посуду, пылесосит и тому подобное. В случае, если кто-то в российском брачном контракте решит обговорить подобные условия, они в суде будут признаны недействительными.

Брачный контракт может быть заключен как до государственной регистрации брака, так и в любое время в период брака, но лично каждым из договаривающихся супругов, так как брачный контракт неотделимо связан с каждым из них. При этом документ должен быть обязательно заверен у нотариуса.

Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности, установив как режим совместной и долевой, так и раздельной собственности на все имущество, а также на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов. Контракт заключается как в отношении уже имеющегося имущества, так и совместно нажитого.

Брачный контракт может быть изменен или расторгнут в любое время. Также в любой момент по заявлению одного из супругов может быть признан судом недействительным, как не соответствующий требованиям закона. Что касается Екатерины, недействительным брачный контракт может быть признан в том случае, если один из супругов по прописанным условиям поставлен в крайне неблагоприятное положение либо условия договора противоречат нормам семейного законодательства.

Сам по себе брачный контракт имеет силу только в официально зарегистрированном браке, поэтому на так называемые гражданские браки, когда люди просто сожительствуют, не распространяется».

Андрей Бабин, психотерапевт:

«Перед свадьбой взаимная любовь становится своеобразным авансом, что в будущем молодые супруги смогут многого добиться и проживут вместе всю жизнь. Но как показывает статистика, так происходит не всегда – 75% браков по тем или иным причинам распадается.

На мой взгляд, трезвый расчет, в том числе и при заключении брака, должен присутствовать. Нормальному браку такой документ точно не помешает. Если между Екатериной и Александром есть настоящая любовь, девушку не должно смущать предложение жениха. Нужно понимать, что он находится под определенным давлением родителей, и все, что у него есть – деньги и имущество – скорее всего, было заработано не им. И в данном случае такой документ становится всего лишь прообразом возможных неприятностей.

Могу сказать, что самые правильные и крепкие браки заключаются по расчету, но с опорой на взаимную любовь. И соседство эмоционального и рационального начал только помогают в семейной жизни, ведь по сути люди любят, заботятся и уважают друг друга не за конкретные материальные вещи».

Андрей Чукашин, психотерапевт:

«По большому счету, в случае развода мужчины, как говорится, остаются с носом. При этом браки, в которых женщина может нажиться, как правило, очень нестойкие. И в таких ситуациях заключение брачного договора может оказаться просто необходимым, если, конечно, все сделать по уму.

Практика заключения брачных контрактов – это путь, по которому идут все развитые страны, но Россия на их фоне пока отстает. И там, где существует эта практика, нет никаких общественных волнений и протестов. Это значит, что брачные договоры просто необходимы в нормальном обществе.

Счастье и любовь – это абстрактное состояние человека, которое никак не связано с материальными благами. А брак – это уже вполне конкретная система обязательств и договоренностей, где четко определены роли, которые необходимо играть долгие годы.

Получается, что как только дело касается имущества и денег, обязательно нужен договор – он может стать гарантом выполнения данных и взятых на себя обязательств. А так, люди могут много обещать друг другу, но это будут только слова. Скажу больше – чем выше интеллект человека, тем адекватнее он воспримет предложение будущего супруга заключить брачный договор. С годами люди меняются, и дух любви все равно уходит, а вот брачный договор остается.

Мой приятель, будучи довольно неординарным и состоятельным человеком, два года встречался с обеспеченной женщиной, изображая из себя нищего. Бывало так, что он не мог заплатить по счету в кафе. Так вот, эта дама, которая, в общем-то, не нуждалась в материальных благах, вспоминала их роман как самое замечательное время в жизни. На мой взгляд, это яркий пример того, что чувства и здравый расчет – разные вещи, и подменять одно другим не стоит. Именно поэтому Екатерину, которая, скорее всего, руководствуется только чувствами, и смутило предложение Александра».

Светлана, подписала перед свадьбой брачный договор:

«Перед свадьбой мой жених предложил подписать брачный договор. Я была в шоке от такого поворота событий – а как же любовь на всю жизнь, взаимное доверие и порядочное отношение друг к другу? Конечно же, услышав о необходимости документально закрепить наши права и обязанности, я сильно обиделась и даже перестала разговаривать с женихом. Долго думала, стоит ли вообще при таком раскладе выходить замуж, но потом решила еще раз обсудить с ним этот вопрос.

Спросила почему он задумался о брачном договоре, и какие пункты хотел бы в нем прописать. Оказалось, что эта своеобразная подстраховка больше нужна его родителям, которые имеют вполне успешный бизнес, и их сын, как водится, тоже находится в доле, хоть напрямую и не занимается семейным делом. Таким образом, будущие родственники хотели, чтобы в дальнейшем я ни при каких условиях не могла претендовать на их имущество. В принципе, такая позиция меня устраивала – мне чужого не надо.

В свою очередь, жених предложил мне продумать те пункты, которые я хотела бы видеть в брачном договоре. В основном мы прописали вопросы раздела совместно нажитого имущества, воспитания и содержания будущих детей в случае развода. До абсурдных моментов дело, конечно же, не дошло – благо, они не имеют юридической силы в нашей стране.

В итоге, мы поженились и сейчас мне эта ситуация уже не кажется такой страшной. В конце концов, я обезопасила себя и наших детей, ведь может случиться всякое. И в моем случае документ был составлен разумно, без унизительных условий и откровенно грабительских пунктов».

Забавные условия брачных договоров:

  1. В некоторых договорах предусматривается, насколько жене можно поправиться в год (указывается и максимальная прибавка в весе за время совместного проживания), а также сколько литров пива в месяц может употреблять супруг.
  2. Муж, в соответствии с брачным договором, обязуется содержать в своем доме 20 кошек, принадлежащих жене, и не выказывать свое недовольство этим.
  3. Жена по одному из брачных договоров обязуется брать на себя вину за проигрыш любимой футбольной команды мужа.
  4. Все имущество, приобретенное супругами в браке, является собственностью жены, за исключением имущества, находящегося в карманах мужа, а также рыболовных снастей, которые также являются имуществом мужа.
  5. Во время ссоры супруг берет на себя обязательство не кричать, а, посмотрев жене в глаза, сказать, что именно он был не прав.
  6. Некоторые пары прописывают, когда и в каком объеме должны исполняться «супружеские обязанности» (в среднем 3-4 раза в неделю).
  7. Европейские мужчины настолько устают от полуфабрикатов и еды на заказ, что указывают в брачных договорах минимальное количество блюд, которые их жены должны приготовить дома за неделю. Также могут конкретизироваться и типы кулинарных изделий (выпечка, мясо, рыба и другое).

Верховный суд запретил утвержденный судом «брачный договор»

В марте 2016 года суд утвердил мировое соглашение между Юрием Тарасовым и его женой Риммой Шумаковой. Оно предусматривало раздел совместно нажитого во время брака недвижимого имущества. Согласно условиям названного соглашения, супруга получила в собственность нежилое помещение и земельный участок без какой-либо компенсации Тарасову.

Спустя два месяца после этого Арбитражный суд Алтайского края возбудил банкротное дело Тарасова (дело № А03-7118/2016). После этого должник подал заявление об исключении из конкурсной массы здания и земельного участка, сославшись на принадлежность этого имущества Шумаковой. Суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении этого заявления. Они исходили из того, что суд фактически утвердил заключенный супругами брачный договор, о наличии которого кредиторы не поставлены в известность. Статус общей совместной собственности супругов на земельный участок не изменился, а это значит, что имущество, находящееся в собственности супругов, подлежит реализации в ходе процедуры банкротства одного из них.

Суд округа, напротив, указал, что вывод судов о заключении супругами брачного договора противоречит существу вступившего в законную силу судебного акта об утверждении мирового соглашения и носит ошибочный характер. Суд также не согласился с выводом судов о сохранении режима общей совместной собственности на спорное имущество после утверждения мирового соглашения и указал на отсутствие оснований для включения его в конкурсную массу должника.

Финансовый управляющий имуществом Тарасова обжаловал это решение в Верховном суде. Он считает, что фактически между сторонами заключен брачный договор, который не изменил статуса имущества как совместной собственности супругов для третьих лиц. А это значит, что участок и дом должны быть реализованы в рамках банкротного дела Тарасова. С этим согласилась экономколлегия, которая отменила судебный акт окружного суда и признала законной позицию первых двух инстанций.

Как юрист в сфере банкротства, я вижу много человеческих страданий. Никто не идет к банкротному юристу с хорошими новостями. Чаще из-за болезни, смерти, потери работы, развода или других непредвиденных жизненных событий, которые привели их к финансовому краху. Меня должны были научить на юрфаке, что страдания тех, кто рядом, влияют и на тебя тоже. Обычно юристы по ошибке принимают это чувство за слабость, некомпетентность или другой профессиональный недостаток.

Распознать викарную травму

Я хотела бы раньше узнать, что эти все предположения неверны. Или что стресс юриста, который он испытывает рядом со страдающим клиентом, – нормальное человеческое явление. Для него есть диагноз – викарная («вторичная») травма.

Симптомы викарной травмы такие же, как и у непосредственной. У юриста могут быть нарушения сна или яркие кошмары, онемение во время общения с клиентами или, наоборот, необычная интенсивность переживаний. Например, навязчивые мысли о страшных событиях. Также часто встречается большая тревожность или страх, что поверенный попадет в такую же ситуацию, как его клиент. Некоторые юристы испытывают физиологические изменения. У них меняются привычки в еде, угасает сексуальное влечение, даже начинаются панические атаки.

Если юрист не чувствует себя обособленным от клиента (хоть и сочувствующим), если его переполняют эмоции настолько, что он не может конструктивно думать, – по этим признакам он может распознать викарную травму, говорит бывший юрист, а сейчас психотерапевт Сара Вайнштейн. «Эмоции постоянно берут верх над познанием», – объясняет она. Викарная травма может появиться в результате накопления травматического опыта или от одного-единственного воздействия.

Шэннон Калахан, старший советник Seyfarth Shaw, поделилась, что пережила викарную травму, когда занималась делом, связанным с психиатрической больницей и изнасилованием. «Мне было очень грустно, я не могла перестать плакать. Я избегала подобных дел. Не хотела опять потерпеть поражение, не хотела, чтобы оно отразилось на моем клиенте».

Иногда дела, над которыми мы работаем, несут с собой тяжелые последствия, однако наши возможности повлиять на исход являются ограниченными. Юрист может добиваться определенного результата, но должен помнить, что это может отразиться на его собственном благополучии.

Калахан говорит: «Я до сих пор думаю о своем клиенте: как там она после депортации. Я переживаю за нее, желаю ей всего лучшего и грущу, что проиграла. Чтобы помочь себе справиться, я говорю, что это был сложный случай и я сделала все, что смогла».

Много лет я боролась с хронической бессонницей, была в грусти и оцепенении, работала круглые сутки и наконец-то стала искать терапевта. Я расслабилась, когда узнала, что я не одна борюсь с этими чувствами, что это нормально – думать о своих клиентах и облегчать их боль. Я узнала, что могу стать более стойкой через практики осознанности и самопомощь. Я узнала, как не утонуть в страданиях клиентов и как, покидая офис, не «брать» работу с собой.

«Тем, у кого викарная травма, важно настроиться на сопереживание, но не на эмпатию с клиентами», – подчеркивает Вайнштейн.

Когда юристам нужна помощь

Когда вы сопереживаете, вы неравнодушны к страданиям окружающих и стремитесь их облегчить. Эмпатия означает, что вы становитесь на место клиента. Для юристов важно уметь обе вещи. Но юристы, которые часто работают со страдающими клиентами, должны себе напоминать, что они не клиенты.

Отделять себя от клиента – навык, который поможет вам добиться больших профессиональных высот и не получить травму самому. Еще важно свести к минимуму стресс в других сферах и заботиться о себе. Здоровые привычки – сон, правильное питание, физкультура – имеют большое значение.

Юристы могут быть немногословными. Разговоров о собственном стрессе легче избегать. К тому же часто мы можем отрицать наши страдания, а это чревато нездоровыми компенсациями. По мнению Вайнштейн, юристу надо искать психотерапевта, когда он больше двух-трех месяцев испытывает симптомы травмы – оцепенение, навязчивые мысли, физиологические изменения, сильный страх или беспокойство, что страшные события произойдут в его жизни.

Кому-то может показаться эгоистичным фокусироваться на своих страданиях в свете трагедии клиентов. Но успешным юристом может быть только тот, кто в порядке. Как говорят, наденьте кислородную маску сначала на себя, потом на окружающих.

Перевод статьи Джины Чу «Suffering can be the human consequence of lawyering».

Переживания и крепкая психика

Ирина Фаст из Гражданских компенсаций больше 20 лет помогает получать компенсации за вред здоровью или потерю кормильца. По ее словам, в первые годы она включалась эмоционально, переживала события каждого случая даже во сне. «Я тогда очень волновалась за близких, потому что каждый день видела, какой трагедией может обернуться обычная жизнь, – делится Фаст. – Затем защитные механизмы психики, видимо, взяли верх, и я стала спокойнее реагировать на дела своих клиентов».

Управляющий партнёр МКА Солдаткин, Зеленая и Партнеры Дмитрий Солдаткин защищает по уголовным делам и считает, что здесь адвокату изначально нужна крепкая психика. Его эмпатия выражается в том, что защитник должен сделать все возможное для доверителя, работать добросовестно и профессионально, правильно понять потребности клиента и не вводить его в заблуждение, перечисляет Солдаткин. Он уверен, что адвокат, погруженный в негативные эмоции клиента, не сможет в полной мере ему помочь, потому что ему самому нужна помощь.

Арбитражный управляющий Андрей Шафранов занимается банкротствами физлиц. «Конечно, я испытываю определенное сочувствие людям, которые переживают потерю работы, безденежье, болезни, развод», – рассказывает он. Но голову при этом надо оставлять холодной, убежден Шафранов.

Расчеты по договору еще не закончены, но стороны уже расписались, что все готово и претензий нет. Это отнюдь не редкая ситуация, признает старший юрист BGP Litigation Олег Хмелевский. Госзаказчик может просить оформить акты в конце года, чтобы он смог закрыть все договоры и перейти в следующий финансовый год «без хвостов», объясняет Хмелевский. При этом, по словам юриста, госзаказчик уверяет, что подрядчик получит недостающую сумму в следующем году – якобы тогда на оплату предоставят финансовые лимиты.

На самом деле они не выделяются на «прошлогодний» договор, и единственным способом получить деньги остается суд, продолжает Хмелевский. Но подписанный документ может стать в процессе доказательством против подрядчика. Особенно если подписан не только акт, но и соглашение о расторжении договора. Так произошло в деле № А84-1117/2016, где «Стройиндустрия» требовала 3,7 млн руб. с казенного учреждения «Управление по эксплуатации объектов городского хозяйства» Севастополя.

Компания взялась отремонтировать дорогу на одной из городских улиц за 5,4 млн руб. Из них она получила 1,6 млн руб. в качестве аванса. «Стройиндустрия» попыталась сдать результат летом 2015 года, но учреждение указало на дефекты ремонта. Их исправили. В результате бумаги о приемке стороны оформили в декабре 2015-го. В их числе был не только акт выполненных работ, но и соглашение о расторжении договора от 30 декабря 2015 года. В нем подтверждалось, что «подрядчик выполнил, а заказчик оплатил работы на сумму 5,4 млн руб., обязательства сторон прекращены, кроме гарантийных».

Прекратил или подарил

Следом «Стройиндустрия» подала иск, в котором заявила, что получила лишь аванс, но не оставшиеся 3,7 млн руб. Учреждение предъявило встречные требования. Оно решило действовать радикально и потребовало признать недействительным договор подряда, потому что компания якобы изначально представила недостоверные сведения. Три инстанции оказались единодушны в том, что встречный иск надо отклонить. Но разошлись в оценке первоначальных требований «Стройиндустрии».

АС Севастополя отклонил иск подрядчика, сославшись на соглашение о расторжении договора. Ведь истец не отрицал, что завизировал этот документ, не оспаривал его. Это решение исправил 21-й арбитражный апелляционный суд, который встал на сторону «Стройиндустрии». По его мнению, из решения первой инстанции можно понять, что подрядчик подарил заказчику ремонт ценой 3,7 млн руб. Но в документах ничего не говорится о том, что «Стройиндустрия» готова работать безвозмездно. Наоборот, в соглашении написано, что работы оплачены в полном объеме, указал 21-й ААС. Учреждение перечислило лишь аванс и никак не смогло доказать, что перевело оставшиеся 3,7 млн руб. Поэтому апелляция приняла решение взыскать эту сумму, учитывая то, что госзаказчику нужен был ремонт и он его получил. Такое решение поддержала кассация.

Но с ним не согласилась экономколлегия ВС. По ее мнению, стороны воспользовались свободой договора, когда записали в соглашении, что работы оплачены и обязательства прекращены. Эта сделка действует и никем не оспорена. При этом, уточнил Верховный суд, соглашение о расторжении нельзя квалифицировать как дарение. Ведь п. 2 ст. 572 ГК требует, чтобы намерение одарить было четким и ясным. Экономколлегия подытожила мотивировочную часть выводом, что учреждение не должно доказывать полную оплату работ, поскольку этот факт уже подтвержден соглашением. Таким образом, в силе осталось решение первой инстанции в пользу учреждения.

ВС исходил из того, что обязательство по оплате прекращено, пусть даже оно и не исполнено до конца, говорит партнер юркомпании Нортия ГКС Роман Тарасов. При этом ВС не расценил расторжение договора как предоставление «скидки» на недостающую сумму, обращает внимание Тарасов.

Экономколлегия приняла решение на основании соглашения о расторжении, а также в отсутствие доказательств факта неоплаты, комментирует руководитель судебной практики юрфирмы Клифф Елена Кузнецова.

Ксения Козлова из КА Делькредере солидарна с позицией Верховного суда: «При наличии действительного соглашения о расторжении, где стороны подтвердили исполнение обязательств по договору, суды не могли в этом деле рассматривать доводы истца о неполной оплате». Иного мнения придерживается руководитель юрдепартамента Национальной юридической службы «Амулекс» Надежда Макарова. Она напоминает, что расторжение договора прекращает обязательства, если иное не следует из их сути (п. 2 ст. 453 ГК). А суть строительного подряда как раз в том, что подрядчик выполняет работы, а заказчик их оплачивает, объясняет Макарова.

В деле «Стройиндустрии» было подписано соглашение о расторжении, но акт о приемке работ – это другой документ с другими юридическими последствиями, обращает внимание Тарасов. Если акт о приемке работ подтверждает, что все сделано и претензий нет, то это не мешает участнику договора доказывать в суде ненадлежащее исполнение обязательств, говорит Тарасов.

В то же время иногда такое противоречивое поведение могут расценить как недобросовестное, предупреждает Тарасов.

Не только подрядчик может требовать деньги – заказчик может быть недоволен качеством работ, которые он уже принял по акту. Козлова советует последнему своевременно заявлять возражения, ведь суды учитывают, сколько времени прошло между сдачей работ и предъявлением претензий. Они учитывают и другие обстоятельства. Например, недостатки скрытые или явные. В то же время нередко критика заказчика может объясняться лишь нежеланием оплачивать работы, признает Козлова. Юрист дала советы, какие доводы и доказательства пригодятся в таком споре.

В пользу стороны, которая имеет претензииВ пользу стороны, которая ссылается на подписанный актЗаключения специалистов о несоответствии качества/объема выполненных работ условиям договора, о нарушениях, которые повлияли на результат работ.Ссылки на положения договора, которые предусматривают порядок приемки работ и заявление возражений.Возражения заказчика, заявленные по ходу исполнения договора, но не исполненные подрядчиком.Отсутствие мотивированного отказа и возражений на актах приемки.Доказательства, что использовать результат работ невозможно (например, отказ ввести объект в эксплуатацию, отказ в госэкспертизе проектной документации).Доказательства, которые подтверждают, что заказчик был информирован о ходе выполнения работ (например, на объекте был супервайзер или проводились дополнительные исследования по ходу исполнения договора).Доказательства, подтверждающие скрытый характер недостатков (например, результат работ – технически сложный объект (проектно-изыскательные работы), при приемке работ невозможно проверить надлежащее выполнение).Доказательства использования объекта на момент рассмотрения спора (например, отделочные работы на объекте).

«Главный совет» даёт Хмелевский из BGP Litigation: в документах отражать только то, что было, а не то, что будет. Если всё-таки хочется отразить будущие факты, Хмелевский рекомендует прямо указать, что они только наступят.

В судебной практике наметилась тенденция к сохранению стабильности гражданского оборота, и из-за этого сделки признают недействительными лишь в исключительных случаях, говорит Елена Норкина, старший юрист ЮФ Волга Лигал. Исключением из этого являются оспаривания сделок по так называемым банкротным основаниям, отмечает она: «Участившееся число подобных разбирательств очевидно связано с нынешними экономическими реалиями».

Сроки и специальный субъект

Заявители объективно ограничены в возможности доказать основания недействительности обжалуемых соглашений, объясняет Полина Стрельцова, юрист по банкротным проектам ЮФ Vegas Lex: «Истцы не имеют доступа ко всей документации и сведениям, относящимся к оспариваемой сделке». Учитывая такую особенность, правоприменитель упростил задачу заявителям в подобных спорах. Истцам достаточно подтвердить существенность сомнений в реальности сделки и ее действительной цели, а ответчик уже должен опровергнуть эти аргументы (п. 20 Обзора судебной практики Верховного суда № 5, который утвержден Президиумом ВС РФ 27 декабря 2017 года).

Самое общее обстоятельство в таком оспаривании – злоупотребление правом при заключении сделки. Но чем более специальным будет основание, тем эффективнее признать соглашение недействительным, говорит Анастасия Муратова, юрист правового бюро Олевинский, Буюкян и партнеры.

Но в таких случаях и сложнее собрать доказательства, правильно их квалифицировать, сформировать правовую позицию, добавляет она. Эксперт поясняет, что на практике одна и та же сделка зачастую содержит в себе признаки недействительности по разным причинам одновременно: «Поэтому важен не только сбор доказательств (выписки по счетам должника, сведения о его имуществе на различные периоды, документы по конкретным сделкам), но и их правильная интерпретация».

В обсуждаемых спорах, по сравнению с обычным оспариванием, есть специальный субъект –это управляющий должника, обращает внимание Голенев. Но не на каждом этапе банкротства арбитражный управляющий наделен возможностью оспорить сделки, предупреждает Муратова. В процедуре наблюдения он таким правом не обладает. В споре о банкротстве ООО «НГЦ МЖК» (дело № А43-19799/2015) арбитражный управляющий Анна Кириллова оспаривала сделку несостоятельной организации по уступке долга, когда уже шло конкурсное производство. Но параллельно с этим суды постановили отменить решение о банкротстве предприятия и вернули фирму в процедуру наблюдения. Ссылаясь на это обстоятельство, три инстанции посчитали правильным не рассматривать требование Кирилловой о признании сделки недействительной, пока компания не войдет в конкурсный этап. Производство по заявлению управляющего приостановили. Суды указали на то, что по закону временный управляющий в процедуре наблюдения не может оспаривать соглашения банкротящейся фирмы.

Трудности возникают и при определении правильных сроков в этой теме. По общему правилу годичный срок для оспаривания подозрительной сделки считается с даты открытия конкурсного производства, говорит Артур Зурабян, руководитель практики международных судебных споров и арбитража ART DE LEX. Хотя управляющий или кредиторы могут доказать, что они узнали о спорной операции значительно позже. Так, в деле № А46-6454/2015 управляющий оспорил сделки банкрота через два года после принятия судом решения о несостоятельности предприятия. Тем не менее три инстанции признали столь позднее обращение законным, сославшись на то, что заявитель не получал первичные документы по спорным соглашениям и вообще узнал о них случайно, участвуя в другом разбирательстве.

Срок для оспариванияОснование для оспаривания1 месяц до принятия заявления о признании банкротом.

Когда сделка привела или может привести к досрочному удовлетворению требований одних кредиторов перед другими Если одному из кредиторов оказано предпочтение.

6 месяцев до принятия заявления.Когда сделка направлена на обеспечение обязательства, возникшего до ее совершения. Если операция изменила или может изменить очередность удовлетворения требований одного из кредиторов должника.6 месяцев до принятия заявления.Когда кредитор или контрагент по сделке знал о признаках несостоятельности должника или недостаточности его имущества.1 год до принятия заявления.Когда по сделке получено неравноценное встречное предоставление. Если цена в худшую для должника сторону отличается от цены по аналогичным операциям.3 года до принятия заявления.Если сделка причиняет вред имущественным правам и интересам кредиторов и другая сторона соглашения знала о такой противоправной цели. Вывод активов и банкротство банков

Но главные проблемы в банкротстве возникают, когда бенефициары должника пытаются спасти имущество. Для этого они используют различные схемы, одна из таких – вывести активы из несостоятельной компании путем заключения нескольких последовательных сделок между контрагентами, которые формально не связаны между собой. Зачастую в этой ситуации одно или несколько промежуточных звеньев в дальнейшем ликвидируются, объясняет Зурабян. Ранее подобные хитрости помогали не возвращать имущество в конкурсную массу, даже если сделки успешно оспаривались, говорит эксперт. Но сейчас судебная практика защищает добросовестных участников оборота, отмечает юрист. Теперь в таких делах суды не оценивают аффилированность банкрота с его контрагентами лишь по юридическим признакам (участие в уставном капитале общества, наличие полномочий на принятие решений от имени обществ), предупреждает Стрельцова. Суды стали смотреть на признаки фактической аффилированности между участниками спорного соглашения.

В подобных ситуациях получится применить и последствия недействительности сделки в отношении последнего приобретателя выведенных активов. Так, в деле № А40-33328/16 компания «Инвестиционный Торговый Бизнес Холдинг», получив от Инвестторгбанка кредит на 300 млн руб., по цепочке сделок передала эти средства другим фирмам и физлицам. Операции эти провели менее чем за год до того, как ЦБ назначил в банке временную администрацию – Агентство по страхованию вкладов. АСВ обжаловало спорные соглашения, доказав, что 300 млн руб. через цепочку сделок фактически ушли акционерам кредитной организации. Суды признали спорные соглашения недействительными и постановили, что истинные заемщики должны вернуть эту сумму банку.

Вообще, когда оспариваются банковские операции, совершенные перед банкротством кредитной организации, доказательства недобросовестности второго участника сделки порой не выдерживают никакой критики, возмущается Норкина. По ее словам, иногда кажется, что суду достаточно одного лишь заявления АСВ, чтобы признать такие сделки недействительными. Она замечает, что аналогичные ситуации возникают и с банками, которые не стали несостоятельными, а лишь переживают финансовые трудности. Так, в деле № А40-183445/2016 на втором круге рассмотрения АСГМ отказался взыскивать с санируемого банка «Уралсиб» возмещения по банковским гарантиям на $20 млн. Суд пришел к выводу, что сделки по выпуску гарантий наносят ущерб банку и другим его кредиторам. А бенефициар по спорным соглашениям является недобросовестным лицом, так как принял гарантии от «проблемной» кредитной организации, заключил суд.

Участниками подобных разбирательств при банкротстве кредитных организаций становятся и их заёмщики. Клиент Волжского социального банка внес очередной платеж по кредиту за месяц до того, как у банка отозвали лицензию. Если учитывать временной период, в который прошла эта операция, то временная администрация банка в лице АСВ добилась признания этой сделки недействительной (дело № А55-28168/2013). Заявитель указал, что клиент, перечисляя деньги ВСБ, знал о плачевном финансовом состоянии своего кредитора. Вместе с тем Норкина считает, что такие сделки надо оспаривать лишь в тех случаях, когда есть весомые доказательства осведомленности заемщика о проблемах банка, деньги клиента для погашения займа хранятся в этой же кредитной организации, а корреспондентский счет банка уже заблокирован.

Если говорить о еще одном основании («неравноценном встречном предоставлении»), то по нему получится оспорить сделки предбанкротного периода, когда ликвидное имущество должника продали по цене существенно ниже рыночной, приводит пример Евгений Пугачев из ЮФ Интеллектуальный капитал: «Или когда покупатель так и не заплатил деньги за приобретенный актив». Кроме того, по специальным банкротным основаниям можно оспорить не только договоры или соглашения, но и платежи должника, говорит юрист: «Например, банковский безналичный перевод, который в судебной практике расценивается как сделка».

В обсуждаемых спорах нередко приходится доказывать и осведомленность контрагента о неплатёжеспособности фирмы в ее предбанкротный период, чтобы признать сделку недействительной, замечает Муратова. Но подтвердить такой факт сложно, поэтому суды чаще всего принимают решение не в пользу заявителя. В деле № А40-16677/16 о банкротстве «Р-Холдинга» 9-й ААС разъяснил, что знание о наличии у предприятия многочисленных кредиторов еще нельзя приравнивать к осведомленности о неплатежеспособности компании.

Недостатки и сложности

Оспаривание сделок в банкротстве – это сложный комплексный процесс, который требует учесть финансово-экономическое состояние должника за период, предшествующий спорной операции, говорит Роман Речкин, старший партнер Интеллект-С. Кроме того, такое оспаривание, как правило, происходит не один месяц – за это время ответчик успевает вывести все свои активы, рассказывает Муратова. Поэтому даже успех в подобном деле вовсе не гарантирует, что удастся реально пополнить конкурсную массу должника, резюмирует Муратова.

Говоря о других недостатках в регулировании обсуждаемых отношений, Алмаз Кучембаев, руководитель юрагентства Кучембаев и партнеры, предлагает законодательно регламентировать, что оспаривать сделку по выводу имущества может любой взыскатель, а не только тот, который являлся взыскателем на дату спорной сделки. В заключение эксперт считает справедливым установить одинаковые правила по оспариванию подобных сделок для юридических и физических лиц – по аналогии со ст. 213.32 «Закона о банкротстве» («Особенности оспаривания сделки должника-гражданина»).