ВЕРБЛЮДЫ (Camelus), род млекопитающих семейства верблюдовых (Camelidae) отряда парнокопытных (Artiodactyla). Представители почти исчезнувшей группы копытных, которая некогда была широко распространена по всему миру, кроме Австралии. Ближайшие родственники верблюдов – южноамериканские лама, альпака, гуанако и викунья. В настоящее время род представлен двумя одомашненными видами: одногорбым верблюдом, или дромедаром (C. dromedarius), и двугорбым верблюдом, или бактрианом (C. bactrianus). Их используют как вьючных и верховых животных. Дромедар достигает высоты 1,8 м в холке и 2,1 м в верхней точке горба. У бактриана ноги короче, и он массивнее. Верблюд в среднем может нести груз ок. 180 кг. Верблюжий караван идет со скоростью ок. 5 км/ч и в день преодолевает порядка 50 км. Дромедар значительно резвее бактриана. С одним седоком на спине он может весь день поддерживать скорость 16 км/ч, а рекорд для него составляет 240 км за 11 ч.

Горбы верблюдов состоят из жировой ткани и не поддерживаются какими-либо скелетными элементами. Когда животное сыто и здорово, горб высокий и крепкий; если верблюд истощен или болен, горб становится дряблым и может почти исчезнуть (когда запас жира исчерпан). У верблюда длинная шея, что дает ему возможность доставать до травы и других низкорослых растений, составляющих его пищу. Тело покрыто мохнатой шерстью, которая зимой и в холодных районах становится длинной и густеет. Ноздри щелевидные, заросшие внутри волосами, и могут почти полностью ими закрываться, что позволяет отфильтровывать из воздуха пыль и песок во время пустынных бурь. Двойной ряд длинных густых ресниц защищает от летучих частиц глаза. Уши мелкие, почти незаметные.

У верблюдов, как у всех парнокопытных, на ногах по два пальца, но подошва их толстая, кожистая и роговых копыт нет. По этому признаку их семейство иногда выделяют в особый подотряд или даже отряд мозоленогих. Такое строение ног приспособлено для ходьбы по сыпучим пескам и мягкому снегу. Верблюды – иноходцы, т.е. при ходьбе одновременно вперед выносятся задняя и передняя ноги одной стороны. При таком аллюре возникает характерное для идущего верблюда покачивание из стороны в сторону.

Верблюд – жвачное животное. Однако он жует жвачку иначе, чем другие животные этой группы. Его нижняя челюсть совершает поперечные размашистые движения, постоянно перекидывая жвачку из стороны в сторону, в то время как другие жвачные жуют ее попеременно то на одной, то на другой стороне рта. Кроме того, в отличие от них, верхняя челюсть верблюда вооружена резцами, которыми он может больно укусить. Разозленный верблюд известен своей привычкой плеваться в лицо обидчику дурно пахнущей жвачкой.

Верблюды славятся своим умением обходиться без воды. Однако это объясняется не запасом воды в горбах, а сразу тремя адаптивными особенностями. Во-первых, в условиях дефицита воды верблюд выделяет очень концентрированную мочу, сохраняя влагу в тканях. Вторая адаптация касается регуляции температуры тела. У большинства млекопитающих она составляет в норме примерно 38 ° С и поддерживается благодаря двум охлаждающим процессам: потоотделению и испарению воды из легких. В обоих случаях происходит потеря влаги. У верблюдов нормальная температура колеблется в широких пределах, и лишь когда она достигает 41 ° С, начинается обильное потоотделение. В результате организм теряет меньше воды. Наконец, у большинства млекопитающих обезвоживание вызывает сгущение крови. У верблюдов же она разбавляется за счет поступления воды из других тканей. В результате нормальный объем крови поддерживается в течение более длительного периода, поэтому охлаждающие процессы, необходимые для сохранения работоспособности, могут продолжать свое действие. Известно, что в экстремальных условиях верблюды обходятся без воды до 34 дней. Но когда она доступна, они выпивают от 19 до 27 л в день.

У верблюдов нет определенного сезона размножения. Самка бактриана вынашивает плод 385 дней, дромедара – 315. Верблюжонок, который весит при рождении ок. 14 кг, появляется на свет зрячим и покрытым шерстью. Он почти сразу встает на ноги и может дотянуться до соска матери. Половой зрелости верблюды достигают к 5 годам, а доживают до 40 лет.

Семейство верблюдовых очень древнее. Первые из известных его представителей появились в эоцене (ок. 38 млн. лет назад) в Северной Америке. Они были довольно мелкими, но в ходе эволюции верблюдовые становились крупнее, многочисленнее и разнообразнее, расселяясь по прериям. В плиоцене (ок. 7 млн. лет назад) существовали даже верблюды-гиганты, например Gigantocamelus. К концу этой эпохи верблюдовые по Беринговому перешейку проникли в Азию, а по Панамскому – в Южную Америку. В течение плейстоцена (ок. 1 млн. лет назад) они распространились из Азии на запад в Европу и на юг в Африку. В эту эпоху верблюды были обычными степными животными, распространенными по всему миру. Они сохраняли высокую численность до конца плейстоцена, а затем довольно быстро вымерли на большей части своего ареала, хотя выжившие виды обитали даже в таких бесплодных местах, как пустыня Гоби и Аравийский полуостров.

Современные верблюды – потомки животных, бывших домашними еще во времена Вавилонского царства (1000 до н.э.); их использовали и раньше – в Древнем Китае.

Сегодня в арабском мире дромедары как транспортное средство в основном вытеснены машинами и утратили былое экономическое значение; многих из них забили на мясо. Однако в Центральной Азии бактрианов еще широко используют, причем не только как вьючных животных, но и для получения мяса, молока, а также прядильной шерсти.

Самые важные «транспортные» домашние животные

Уже прошло много тысяч лет с того времени когда человек впервые одомашнил животных ради своих нужд. Многие из них рассматривались им в качестве пищи, но некоторые стали верными друзьями и помощниками, как в хозяйстве, так и в дальних путешествиях. Однако не все животные могли быть использованы как средство передвижения.

Но нашлись и те, которые хоть и не сразу, но все-таки подчинились воле человека и позволили ему оседлать себя. Спустя некоторое время люди научились запрягать животных, что позволило им не только путешествовать самим, но и перевозить тяжелые грузы. Такими помощниками обычно становились животные, которые водились в той местности, где жил сам человек.

Невероятная выносливость, быстрота движения, сила и способность к выполнению полезной роботы делают лошадь незаменимым помощником для человека. Оседлав лошадь, человек смог передвигаться на более длинные расстояния, что позволило ему открывать новые для себя земли. Уже позже лошадей впрягались в телеги, сани, повозки и прочее. В сельском хозяйстве лошадь в основном использовалась как тяговая сила.

Кроме того лошади стали участниками многих военных действий. Несмотря на автоматизацию и механизацию лошади и по сей день используются для вспашки огородов, в перевозке небольших грузов, уборке сена и т.д. Они необходимы лесникам, ветеринарам и другим специалистам, живущим в сельской и особенно горной местности.

В странах Африки и Азии слоны были поистине незаменимы. Основной их задачей была перевозка людей и перенос грузов. В Юго-Восточной Азии и сейчас используют слонов как тягловых, вьючных и верховых животных.

Африканские слоны ранее использовались в военных целях в Египте (285 год до н. э.), однако их трудом пользовались значительно реже, нежели трудом индийских слонов. В настоящее время азиатские слоны являются в основном объектом экотуризма и могут быть своеобразным «транспортом» в различных парках и заповедниках дикой природы.

В местах, где дуют сильные ветры, и почти круглый год лежит снег, собаки стали главными помощниками в жизни людей. Кроме того ездовые собаки стали неизменными спутниками многих полярных исследователей. Благодаря собакам были сделаны многочисленные географические открытия в Арктике. Так, например, оба полюса Земли, были покорены именно на собачьих упряжках (в 1909 году – Северный полюс, а в 1911 г. – Южный).

Стоит отметить, что практически ни одна экспедиция за Полярный круг не обходилась без ездовых собак. Ездовые собаки таких пород как сибирский хаски, аляскинский маламут, самоед, гренландская собака, эскимосская лайка и некоторые другие породы могут проходить – около 70-80 км в сутки. Первые ездовые собаки появились около 7800-8000 лет назад. Ездовых собак используют и в наши дни.

Северные олени

Северный олень (лат. Rangifer tarandus) — еще одно ценнейшее верховое и упряжное животное тайги и тундры. Этих оленей используют для перевозки грузов, перекочевки во время охоты на песца. Кроме того верхом на оленях проводят разведку горных богатств. И это только небольшая часть примеров, когда северный олень используется как транспортное животное.

В условиях многоснежных ветреных и морозных зим северные олени способны передвигаться с приличной скоростью. Во время длительных поездок эти животные выживают за счет подножного корма, ни одно животное не может «похвастаться» такими способностями. По утверждению ученых, одомашнивание северного оленя произошло приблизительно в первых столетиях нашей эры.

Верблюды (лат. Camelus) незаменимы в странах Африки и Азии (Ближний Восток), там их используют и как вьючных, и как упряжных животных. Были одомашнены приблизительно около 2 тысяч лет до н. э. В качестве тягловой силы их используют от 4 до 25 лет. Такие верблюды способны переносить груз вес, которого может составлять до 50% от своего собственного.

При дальних переходах способны проходить от 30 до 40 км в день. Во времена античности существовали и боевые верблюды, которые часто использовались для устрашения противника. Верблюд с всадником способен проходить приблизительно 100 км в день. Это выносливое животное, которое может длительное время обходиться без пищи и воды.

Осел сыграл очень важную историческую роль в культурной и хозяйственной жизни человека. Считается, что осел был одомашнен гораздо раньше, чем лошадь – примерно в 4 тыс. году до н. э. Его активно использовали как вьючное и гужевое животное, которое способно перенести на своей спине груз весом около 75% от своей собственной массы.

А передвигаемая ослом повозка может превышать его собственный вес в 3, а то и 4 раза. С таким грузом ослик легко может преодолеть расстояние в 30 км. Это очень выносливое и трудолюбивое животное, работающее наравне с человеком в течение 8-10 часов кряду.

Волы использовались и используются в сельском хозяйстве в первую очередь в качестве тягловой силы, для распашки земли. Во многих странах Азии (развивающихся) их использую как источник энергии и гужевой транспорт. А в таких странах как Вьетнам, Пакистан, Индонезия и Камбоджа долгое время запрягали волов в специальную двухколесную повозку.

В отличие от других животных страуса оседлали исключительно для развлечения. Страусиные скачки приводятся только в США, ЮАР и Австралии, где они пользуются невероятной популярностью.

Верный друг Мехари

Слава верблюдам за то, что у них горб. А то и два — замечательная кладовая, созданная самой природой. Лучше и не придумаешь для дальних переходов в пустынях.

Беда с этими верблюдами — ведь у них горб! А то и два. Ну как тут приладить седло? Конечно, можно сидеть прямо на горбу или между двумя горбами. Но тогда нечего и мечтать о хорошей скорости. Главное — не свалиться. Да и большой груз просто так не навьючить.

С туарегами — берберским народом, обитающим в Сахаре на территориях Алжира, Нигера, Мали,— общаться непросто. И язык необходимо знать, и подход нужно найти к кочевникам.

В Алжире хотя медленно, но все же идет процесс оседания туарегов-кочевников в городах и на окраинах. С одним из тех, кто совсем недавно оторвался от прежнего образа жизни, я познакомился на Эль-Хаджарском металлургическом комбинате. Крановщик Бай Салла совсем не напоминал закутанных в плащи людей, которых встречаешь в Сахаре,— чаще всего верхом на верблюде.

Но о взаимоотношениях верблюда и человека пустыни Бай Салла говорил со знанием дела:

— У меня нет верблюдов, иначе я не стал бы про них рассказывать. Обычаи нашего племени — туарегов кельахаггар (то есть из района нагорья Ахаггар) — запрещают разговаривать на эту тему с посторонними. Животные, говорят, от этого портятся.

Мои отцы и деды большую часть жизни проводили в кочевьях. Самые ценные для нас верблюды — мехари. У них светлая шерсть и быстрый ход. Говорят, мехари и от песчаной бури унесет, и от врага спасет, и к колодцу выведет, антилопу или газель поможет настичь. Мехари — дом для туарега. В большой сумке, притороченной к седлу,— разное: и еда, и одежда, и табак жевательный. Там есть и бурдючки с маслом, плитки чая и кастрюльки — чай готовить.

В носу мехари железное кольцо. Остановился отдыхать — в землю колышек, к нему уздечку привязал и спокоен — не уйдет.

На мехари можно далеко уехать, если не боишься его замучить. Верблюду ведь надо очень долго пастись каждый день: от кустика до кустика шагать и шагать.

Палатки у нас из шкур или шерстяные, полотнища вытканы тоже из шерсти мехари,— продолжал Бай Салла.— Одиннадцать месяцев в году мы пьем верблюжье молоко. Туареги поют: «Дай мне мехари, седло и шатер — и я буду счастлив». Теперь иные мерки, а ведь раньше о человеке судили по тому, сколько у него верблюдов.

Мехари начинают дрессировать, пока он еще маленький. Вначале приучают верблюжонка не бояться человека, потом — подчиняться командам. На взрослого верблюда навьючивают до четверти тонны груза, но приучают к этому постепенно. А чтобы всаднику удобнее было садиться, учат верблюда становиться на колени.

В соседнем племени шаанба принято, чтобы верблюды шли, высоко подняв голову. Шаанба нарочно оттягивают голову животного уздой. Красиво, конечно, только шею натирают ему до крови.

Лечат верблюдов тоже по-своему. Бай называет снадобья: сера, табак, толченые кости, порох. Из лекарств еще хороши масло, древесный деготь — помогают и верблюдам, и людям, и собакам.

Интересна история изобретения седла для арабского одногорбого верблюда-дромедара, или, как его еще зовут, дромадера. И начать ее следует с того, что время изобретения седла сокрыто в тумане тысячелетий. Одомашнили дромадера примерно шесть тысяч лет назад, и произошло это, видимо, на Аравийском полуострове и в Северной Африке. Так, в Египте найдена статуэтка навьюченного верблюда, возраст которой. более пяти тысяч лет.

Южноаравийское седло — сооружение сложное: широкую скобу из дерева, охватывающую горб сзади, держали подпруги и дуга перед горбом. Это древнейшее устройство используется до сих пор для перевозки нетяжелой поклажи. По собственным впечатлениям знаю, что феллахи, держащие в хозяйстве дромадеров, при кратких, недальних поездках предпочитают именно такое непритязательное седло. Главное, оно дешевое и прочное, его можно сделать самому, не тратясь на заказ ремесленнику.

Но для всадника это седло нескладно: он или сидит на корточках, или, вытянув ноги, наваливается животом на горб. И подпрыгивает при этом, как ребенок на коленке отца: держаться-то не за что, а у корабля пустыни походка раскачивающаяся. На рыси всаднику приходится и вовсе проявлять чудеса ловкости, чтобы не свалиться. К тому же управлять животным с помощью длинной палки и веревки неудобно.

В древних манускриптах сохранились рисунки и других разновидностей южноаравийских седел, что не дожили до наших дней: видно, вышли из моды. На горб привязывали кожаные подушки, набитые шерстью — чаще всего верблюжьей. Ездоку стало сидеть удобней, но держаться ему по-прежнему было не за что.

Лет за триста до нашей эры появилось североаравийское седло. Конструкция его проста и поневоле вызывает вопрос: почему же раньше до нее не додумались?

Седло это выглядит так: кожаные подушки по бокам горба спереди и сзади прижаты двумя одинаковыми рогатинами в виде буквы V. Эти два куска дерева — передняя и задняя луки — соединены палками. Таким образом, вокруг горба образуется деревянный каркас, на который кладут еще одну подушку. Вес багажа или всадника давит на каркас равномерно и распределяется по корпусу животного. Всадник сидит прочно, держась за переднюю луку.

Это седло и сделало верблюда боевым животным.

Прежде воины садились на верблюда вдвоем. Один правил, другой же не столько сражался, сколько был «сражаем» — то и дело сползал на круп животного, а при сильном ударе и вовсе валился на землю.

Древнегреческие писатели иронически описывали арабских всадников армии Ксеркса, персидского царя, который вторгся на земли Эллады в начале пятого века до нашей эры. Вооруженные луками и стрелами воины на верблюдах не представляли опасности в ближнем бою. Зато спустя триста лет — в новых седлах — арабские наемники царя Антиоха III представляли грозную силу. У всадника появилась хорошая опора, он не думал, как удержать равновесие, руки его были свободны, он мог наносить удар, не беспокоясь о том, как бы не вылететь из седла.

Шли века. Седло менялось, становилось пригодным на разные случаи жизни. В Индии, например, оно стало двухместным. Подобная модель — пакра — была самой популярной и у первопоселенцев, осваивавших бескрайние австралийские степи. Те седла, которые я видел в алжирских городах Туггурте, Уаргле, Таманрассете,— значительно улучшенный вариант старинного.

В наше время распространены три типа седла.

Мавританское — рахла — большое и довольно громоздкое, с боковыми крыльями, чтобы всадник не ерзал из стороны в сторону. Оно напоминает. ушат: спину поддерживает доска, а руками держишься за высокую переднюю луку. Изделие это очень красиво: деревянные детали ярко-желтые, подушки красные, порой с орнаментом.

На юге Мали используют седло облегченное, без боковин. Передняя лука узкая, вроде палки, а спина опирается на широкую доску. Если бы не палка перед лицом, ни дать ни взять стул без ножек, водруженный на верблюжий горб.

Никаких украшений, скромный рабочий вид. Взбираться вроде легко: схватился за голову верблюда, занес ногу — и. мимо. Уж очень высоко горб, даже когда верблюд стоит на коленях. Но кочевники взлетают в седло как гимнасты. Ездят они на верблюде, забросив ноги на шею животного. Шерсть в этих местах — под пятками — вытирается, так что африканский Шерлок Холмс мог бы мгновенно определить по плешам рост владельца верблюда.

Третий тип седла — туарегский. Оно похоже на малийское, только спинка закруглена, а передняя лука, окрашенная в темно-коричневый цвет, сделана в виде птичьей лапы.

Это все мужские седла. Но есть и женские. Они не предназначены для лихой езды и на вид примитивны: несколько связанных палок, поверх них — коврик или подушка.

Между вторым и шестым веками нашей эры вьючные верблюды почти полностью вытеснили волов с повозками и стали главным транспортным средством не только в пустынных, но и в прилегающих степных районах. Вообще-то нетрудно и верблюда впрячь в повозку, как это порой делалось в Азии. Может быть, в отрицании колеса сыграла роль конкуренция — «седельники» не желали делить доходы с «повозочниками»— ведь на телеге-то увезти можно втрое больше, чем вьюками.

Потому на огромной территории, от Испании до Пакистана, верблюд, вьючный и верховой, оставался серьезным конкурентом гужевого транспорта до девятнадцатого века.

Широкое использование североаравийского седла, увеличение числа перевозок на верблюдах вызвали быстрый рост городов на пути следования караванов. Это определило и развитие транспортной системы в этих странах: дороги были без покрытия, с мягким грунтом, специально их строить не приходилось. Все усилия направлялись на возведение мостов, рытье колодцев, на обеспечение безопасности караванов вдоль традиционных маршрутов.

Веками Египет был главным поставщиком верблюдов для бедуинов издавна, Сирии, Ирака, стран Аравийского полуострова. В последние полвека ситуация переменилась: импортируют верблюдов в основном из Судана, где их поголовье достигает почти трех миллионов.

Семьи суданских кочевников продают ежегодно часть животных, чтобы покупать просо и сорго. Торги происходят на небольших местных рынках. Главная фигура здесь и в наши дни — перекупщики. Постепенно они формируют дабу-уку — стадо из ста — ста пятидесяти животных. Профессиональные проводники, которые отлично знают местность, как встарь, перегоняют стада.

Порой путешествие длится не одну неделю. С собой берут и воду, и еду, и дерево для костров — ночи-то холодные!

. Шумит верблюжий базар, уводят погонщики верблюдов к новым хозяевам. Но тщетно искать на базаре торговцев с набором разнообразных седел. Ремесленников-седельников всегда было немного: они работали по индивидуальным заказам.

И все-таки профессия седельника не отмирает.

Слава верблюдам за то, что у них горб. А то и два!

У азиатского верблюда, в отличие от дромедара I, два горба. По ним эти два вида и различаются. Кроме того, дромедар распространен лишь в Северной Африке и Малой Азии, тогда как двугорбый верблюд живет во внутренних областях Азии. В 70-х годах XX века в Монголии создан Большой Гобийский заповедник, который стал убежищем дикого двугорбого верблюда, тем не менее угроза его исчезновения сохраняется, потому он включен в Красную книгу.

Двугорбые верблюды служат главным образом для переноски грузов. Кроме того, они дают молоко, мясо и шерсть. А их навоз используется как горючий материал.

К числу родственников двугорбого и одногорбого верблюдов относятся гуанако, лама, альпака и викунья. Все эти животные обитают в Южной Америке. Лама и альпака — домашние животные, одомашненные виды гуанако. Викунья не имеет одомашненной формы.

Дромедар, одногорбый верблюд, известен лишь в одомашненном виде, причем уже более пяти тысяч лет; дикие виды не известны. Для жителей пустынных районов Северной Африки и Переднего Востока дромедар играет очень важную роль в качестве верхового животного и для перевозки грузов. На протяжении многих столетий караваны дромедаров — «кораблей пустыни» — служили единственным средством сообщения в Азии и Африке. Сегодня ему на смену пришли иные виды транспорта. Однако дромедар не забыт местными жителями и по-прежнему служит поставщиком молока, которого он дает до 8—10 л в день, мяса, шерсти, шкур и навоза, использующегося как топливо.

Верблюд — горбатое совершенство

«Ярмарка заканчивается, и многочисленные караваны кочевников покидают ее со своими верблюдами, нагруженными шатрами из козьей кожи, бурдюками, попонами, одеялами. Дети восседают на верблюдах рядом с цыплятами, привязанными бечевками за лапы, и клетками с куропатками. » Это описание отнюдь не тех легендарных времен, когда великим «шелковым путем» неторопливо шагали под звон бубенцов вереницы груженых верблюдов.

Наш отрывок из журнальной статьи о современном Афганистане, где и поныне половина коммерческих перевозок приходится на долю «кораблей пустыни». Огромные караваны — по 400 — 500 этаких судов — перевозят даже лес (брусья до 250 килограммов весом), не говоря уже о зерне, хлопке, муке и прочем.

Как и столетия назад, в песчаном море Сахары регулярно курсирует верблюжий флот для перевозки соли. Ее развозят от соляных разработок по оазисам и населенным пунктам Северной Африки. Перевозят верблюды и другие товары: в зонах глубоких песков у них неоспоримое преимущество перед тракторами с прицепами, а услуги транспортной авиации — вещь дорогая.

Однако верблюд не только транспортное средство. Он дает кожу и неплохое мясо (у молодых животных — не хуже говядины), до 21 килограмма (рекорд!) более ценной, чем овечья, шерсти для прочных тканей, теплых одеял, войлока. И наконец, ежегодно до 4000 литров молока, из которого готовят масло, кумыс-шубат, сыр. Верблюжье молоко пьют, оно темнее коровьего, жирнее и слаще, содержит много белков и витамина С и обладает целебными свойствами.

Именно поэтому австралийские фермеры начали сейчас усиленно разводить верблюдов. Верблюжье молоко здесь сгущают и консервируют, а потом отправляют в клиники: оно особенно полезно тем, у кого ослаблена сердечная деятельность и мало образуется красных кровяных шариков. И конечно, жизненно необходимы верблюды и их продукция для коренных жителей пустынных областей многих стран Африки и Азии. Вот почему поголовье верблюдов растет. И хотя человек, вооруженный современной техникой, прокладывает через пустыни железные дороги, пересекает их на автомобилях и самолетах, верблюд долго еще будет хозяином пустынь. Если в 1939 году во всем мире было 7,8 миллиона верблюдов, то в 1972 году их насчитывалось уже 14,6 миллиона.

Несколько тысячелетий назад верблюдов Восточного полушария приручили люди: одногорбых — в Аравии, двугорбых в Гоби, где и поныне обитает на воле их дикий пращур — хаптагай. Дикие же одногорбые до наших дней не дожили.

В нашей стране несколько лет назад проживало около четверти миллиона верблюдов. А будет гораздо больше. Животные эти на удивление неприхотливы и лучше всей домашней скотины приспособлены к жизни в пустынях и полупустынях, а это 10 процентов территории СССР. Верблюдоводством можно заниматься там, где другие отрасли животноводства прибылей не дадут. И вот что еще очень важно. Козы, например, вырывают траву с корнями. Овцы стравливают ее подчистую. Вдобавок отара, когда пасется, долго топчется на одном месте, вытаптывая растения и разрушая острыми копытами верхний слой почвы. Пескоступы у верблюдов мягкие и широкие, пасутся горбатые вразброд, долго на одном месте не задерживаясь и большей частью на ходу скусывая часть растения. А главное, верблюжий рацион чрезвычайно разнообразен. Он включает, к примеру, 33 из 50 основных видов пустынной флоры Казахстана. Причем в меню входят растения, которые другие животные не едят. Недаром афганцы говорят: верблюд таскает тяжелый груз, а ест одни колючки, изредка запивая (это уже авторское дополнение) горько-соленой водой, пить которую мало кто отважится.

Верблюды настолько своеобразны, что зоологи наконец выделили их вместе с ламами в отдельный отряд мозоленогих. Копыт у них нет. Два пальца каждой конечности своими тремя фалангами опираются на упругое подушкообразное утолщение кожи, лежащее, в свою очередь, на широкой ороговевшей подошве. Из нее выступают вперед два когтя, похожие на толстые искривленные ногти. В таких мозолистых башмаках очень удобно ходить по щебнисто-каменистой пустыне и по мягкому песку, не увязая в нем и в то же самое время не обжигаясь о раскаленную солнцем землю (на берегах Красного моря, к примеру, она нагревается до 83,5 градуса!).

Ту же самую охранную роль, когда животное ложится на отдых, выполняют мозоли на груди, локтях, коленях, пятках. Верной защитой от жары и холода служит также густая шерсть и изрядная грива, отрастающая зимой. Не менее надежно оберегают верблюда от пыли и песка во время ветра и бури особые мышцы, замыкающие ноздри, и прикрывающие глаза густые и длинные ресницы. Удлиненные конечности, такие удобные для ходьбы, вполне гармонируют с длинной шеей, позволяющей животному своевременно разглядеть опасность, сородичей, аппетитную былинку-колючку, чтобы легко потом до нее дотянуться. Раздвоенная верхняя губа, работающая, как пинцет-захват, бронированный ороговевшим эпителием рот, мощный зубной аппарат, где сохранились (в отличие от коровы) верхние резцы и клыки, позволяют верблюду разделывать под орех самую колючейшую из колючек.